Ссылки для упрощенного доступа

25 Июнь 2021, Ташкентское время: 18:23

«Их методы напоминают 1937 год». Бывший подполковник белорусской милиции о том, как силовики могли получить «признания» Протасевича


Роман Протасевич во время съемок в передаче государственного белорусского канала ОНТ.

«Признания» экс-главреда телеграм-канала Nexta Романа Протасевича, показанные в четверг в эфире белорусского госканала ОНТ, подверглись критике от его соратников и близких: родители говорят, что сына держат в заложниках, в штабе Светланы Тихановской отмечают, что комментарии даны явно под давлением.

Бывший подполковник белорусской милиции, сейчас выступающий от объединения бывших белорусских силовиков BYPOL, Александр Азаров уверен, что к Протасевичу могли применяться методы и физического, и психического воздействия.

Кроме того, Азаров в эфире Настоящего Времени прокомментировал заявления белорусских властей о том, что якобы Протасевич принимал участие в боевых действиях на востоке Украины в составе батальона «Азов» (первый руководитель «Азова» Александр Билецкий говорил, что Протасевич приезжал в зону боевых действий как журналист, а не участник). По словам Азарова, у него еще со времен службы в белорусской милиции есть точная информация о том, что КГБ Беларуси уже допрашивал Протасевича по поводу его поездки и еще в 2015 году убедился, что речь шла только о репортерской работе.

Как белорусские силовики выбивают "признания"
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:05:57 0:00

–​ Какое у вас сложилось впечатление от интервью Романа Протасевича? Вы видите, что этот опрос или допрос сделан под давлением?

– Вообще когда я услышал о задержании Романа Протасевича, я уже сразу понял, что он будет давать признательные показания. Зная методы белорусских властей, КГБ, ГУБОПиК, трудно было отказаться от дачи показаний. Их методы очень сейчас напоминают 1937 год.

–​ Что это за методы?

– Сейчас, по подтвержденной стопроцентной информации, в здании ГУБОПиК сотрудники могут класть людей на пол, избивать резиновой дубинкой, стрелять из незаряженного пистолета в голову, от чего люди могут мочиться, и так далее. Они сейчас применяют все что угодно, сейчас нет никаких проблем. Главное, чтобы человек признался в том, что им нужно. А также применяются методы внутрикамерной разработки, то есть если человек не согласился сразу давать показания, он помещается в камеру, к нему подсаживаются определенные лица. Все знают такие «пресс-камеры», где люди, которые там находятся, – это внештатные сотрудники, которые работают на зарплату. Они человека унижают, избивают, «опускают», можно так сказать, после чего он уже готов сделать все, что хочешь, лишь бы его посадили в другое место.

–​ Комментаторы в интернете говорят о том, что пригрозили Роману Протасевичу тем, что выдадут боевикам в Луганск, если он не сделает признательные показания.

– Я в это не верю, это чистейшей воды блеф. Я сам возглавлял отдел с 2015 года, который занимался разработкой как раз этих боевиков, которые воевали в Украине как на стороне Украины, так и на стороне «ЛНР» и «ДНР». Такого быть не может. Но они оказывали психологическое давление. Роман действительно находился в зоне АТО, они показали его фотографию, якобы он принимал участие в боевых действиях и действительно воевал. И, возможно, они его этим запугали. Но у нас есть стопроцентная информация, которую я получил, когда работал тогда, что в августе 2015 года Роман Протасевич вызывался в четвертое Главное управление КГБ – в первый отдел второго управления, если конкретно, – и там проводился его опрос. Согласно этому опросу, КГБ пришло к выводу, что он был просто репортером в зоне боевых действий и никакого участия не принимал [в самих действиях].

То есть в 2015 году к нему вопросов по Донбассу не было у белорусских силовиков?

– Не было. Его опросили, выпустили, составили справку, что он не причастен, и все. Поэтому это только угрозы.

На кого направлены эти признательные показания? Многие допускают, что все эти слова сказаны под давлением. Кто в них может поверить?

– Что это под давлением – это сто процентов. Не только под давлением, но и под пытками, потому что видны следы телесных повреждений – на запястьях рук, лицо у него вообще неправильной формы. Я же его видел вживую, его с трудом можно узнать.

–​ Что значит «​лицо неправильной формы»​?

– Если с человеком общаешься вживую, и сейчас, смотря на камеру, видно, что с этим лицом что-то не то, на нем имеются какие-то выпуклости, которые могут быть от применения физического воздействия. Они, возможно, загримированы.

–​ Отец допускает, что к его сыну могли применить психотропные вещества. Что об этом скажете?

– Насчет психотропных не знаю. Когда я служил – такого не встречал. Я думаю, что [здесь] достаточное физическое воздействие, чем психотропы. Романа можно запугать, как я рассказывал, поработать с ним в камере, и он будет рассказывать что угодно. Прослушав его выступление, ничего такого сверхъестественного я не услышал. Он там в основном рассказывает про те слухи, о которых знает КГБ, МВД, просто он добавлял какие-то детали более подробные. Но это все в основном слухи. То есть он говорил то, что ему нужно было говорить, что от него требовали говорить.

–​ Объясните, для чего всем белорусам показывают это видео?

– Властям нужно запугать население, нужно подавить в корне протестное настроение, поэтому все это направлено именно на подавление протестного настроения. Они распространяют информацию, я знаю, в социальных сетях, что якобы выкачали всю информацию с телефона Романа, пишут: «Бегите, потому что мы к вам сейчас придем». Им нужно, чтобы либо все протестное население выехало, либо село в тюрьму, чтобы не было никаких протестов, чтобы показать тому же Путину при переговорах, что у нас все в порядке. России тоже очень важно, чтобы в Беларуси не происходили протесты. Зачем им такой край – брать под свою опеку [страну], где постоянно происходят волнения.

Смотреть комментарии

XS
SM
MD
LG